В том же году, что был выпущен первый полноценный альбом, новые австрийские Моцарты сподобились найти силы и средства, чтобы реализовать накопившийся материал (видимо копившийся еще до того) без остатка. Материальным носителем идей стал альбом, оставивший длинный хвост в будущее в виде "русской" тематики объединяющей в той или иной мере еще два последующих альбома, без малого пять лет, "Das Tagebuch Der Hanna Anikin" не менее запоминающийся и удивительный, но все же не хлещущей безудержным, неумеременным вдохновением настолько напропалую.
Для одного и того же временного промежутка здесь достаточно много изменений, чтобы говорить о том, что музыка альбома был полностью заготовлена ранее, порой слишком разные интонации принимает последыш по сравнению с первенцем, не разочаровывая и не радуя, а просто отличаясь. Притом, что общее построение звучания осталось схожим (фортепьяно ведущее диалог, ударные поддерживающие его на первых баррикадах вместе с вокалами, а затем уже присутствующие гитары и прочие полезности) музыка значительно сместилась в металическую сторону: альбом практически лишен мест, где бы гитарист отдыхал, в частности обладающий электро инструментом, а его стиль стал достаточно четок и прост в отрывистых ритмических формах. Примерно то, что принято называть gothic metal, а о всех блековых делах, намечавшихся на старте, напоминает только один из лидирующих вокалов – хриплая истерика слегка похожая на скрим.
Композиции стали короче, подравнявшись по длине от шести до девяти минут, и больше не бурлят, переполненные мелодиями и театральными выпадами авторов в беспорядке, хаосе созидания. Приличные упорядоченные партии, не перехватывающие друг у друга эстафет, последовательно, выдержано сменяются, порой устраивая опереточные паузы с веселыми вертлявыми реминисценциями классических мелодий, этюдов, и уже точно не страдают расслоением тем. Все струнные покинули живое воплощение, оставив отдуваться несколько единиц духовых инструментов, несомненно, сместив акцент с драматической романтики захолустья на некое неоклассическое произведение-рассказ с серьезным оперным (женский вокал стал менее артистичным и более академичным) оттенком.
За всеми преобразованиями (творец не может и не должен оставаться тем же, чем был в своей предыдущей творческой экзальтации), за взрослыми композиционными решениями и упорядоченностью мелодических изысков, подрастает "социальный статус", уже начинающий тянутся к элите, от которой было далеко в начале года, несколько теряется наивная вдохновенность. Например, вторая композиция, так ни разу не выдает нам желанного всплеска воздушной восхитительной креативности, проходя в некоторой однообразности. Компенсация нарастает от "Kapitel III" полностью поглощая слушателя на "Kapitel IV" богатой на всякие выкрутасы. Один из них повторяется на ряде (трех, кажется) песен – доставшиеся хриплому, загробному голосу русскоязычные строфы, понимание которых на слух сведено на "нет" ужасающим акцентом (неужели в Австрии нет ни одного русского, способного прокаркать этот текст?).
Не успеваешь вникнуть в подтягивающуюся к концу атмосферу, как альбом заканчивается... в чем его преимущество, надо сказать. Даже после нежданного окончания он, как и предшественник ни разу не нагнетает отрицательных эмоций, колеблясь между страстным томлением (по чему-то, о чем надо прочитать в текстах) до театрализованной, отстраненной трагичности. Детище австрийской пары композиторов продолжает жить, меняясь, но оставаясь примерно на том же, высоком уровне, по-прежнему неповторимое.«
|